Родина предков

Осенью 2007 года мне посчастливилось принять участие в семинаре по истории и краеведению российских немцев, который в этот раз проводился в Поволжье

Соединение прошлого с будущим через историю конкретных людей — задача нынешних публицистов и литераторов.

Без прошлого — нет будущего. Познать прошлое посредством настоящего, через судьбы живших и живущих в России немцев. Такие задачи поставил я себе как человек пишущий и интересующийся историей своего народа.

Всю свою жизнь мечтал побывать на родине предков, в дорогом их сердцу Поволжье, представлял, как пройдусь по улицам города Бальцера, где стоят дома Якелей, Ворстеров, Беккеров, Геккманов, Рерихов, Келлеров…, всех тех, чья кровь течет и в моих жилах; пройду по тем же аккуратным улочкам, хоженых-перехоженых их ногами. Думал, увижу их дома, пусть заселенные другими людьми, но сохранившие тепло их рук, частицу их души. Думал, пройдусь по кладбищу, увижу их имена, имена тех, кто с 1765 по 1941 годы из поколения в поколение, оттрудившись, полив эту землю своим просоленным потом, посадив здесь деревья и построив добротные дома, уходили в мир иной, оставив все содеянное своим потомкам, наберусь от них новой энергией, вдохновением.

Но не приводили меня мои пути-дороги в XX веке в вожделенные места. Лишь новый XXI век наградил меня такой возможностью. В сентябре 2007 года с группой таких же как сам энтузиастов изучения истории родного народа попадаю в те места, куда стремился. Саратов, Энгельс, Маркс, села с обрушившимися крышами соборов. И дорогой, казалось, известный по рассказам родных во всех подробностях, но, как оказалось, совершенно незнакомый город Красноармейск.

Люди там и сегодня живут прекрасные, приветливые, сочувствующие. И дома, в которых они живут, столь же прекрасны, как и прежде, сложенные в свое время бальцерцами из дикого камня и двухцветного кирпича, который только они умели делать.

И видя все это, сердце в груди не стучит, а трепыхается, готовое вырваться и улететь куда-то. К горлу подступает ком, на глаза наворачивается непрошеная предательская слеза, совсем уж несвойственная моему мужскому организму. Может, старею?

А вот она, та швейная фабрика, которой отдала свою юность мама, где работали другие родственники. Вот тот механический заводик, где наши мужчины ладили сельхозинвентарь…

Но как же с кладбищем? Единственным местом, где могу «свидеться» теперь со своими предками, — задаюсь вопросом.

— А на кладбище лучше не ходить, — остужает мой пыл директор местного музея. — Нет там отеческих могил. В буйные 90-е годы все снесли, все разрушили….

Вот так завершился век прошлый, век XX-й. Даже могилы моих сугубо мирных предков помешали кому-то. Что-то оборвалось, надломилось……

— А «немецкий дух» все витает над Поволжьем. Об этом поведал нам местный краевед, русский парень, в городе Марксе — Катариненштадте — Екатерининграде.

На дворе стоит XXI век, век надежд. В Марксе той осенью восстановили памятник Екатерине Великой — «Матушке Екатерине». Там созданы штатные Центры немецкой культуры на зависть немцам, продолжающим жить в немалых количествах за Уралом.

На дворе XXI век,♥ и мы продолжаем жить надеждами, которые никогда не угасали в нас. Хочется верить, что не напрасно надеемся.

Виктор Гринимаер,

председатель Центра

немецкой культуры города Магнитогорска,

член Союза писателей

России.

 

‘, 1, 12, ‘2011-12-10 16:25:46’, 42, ”, ‘0000-00-00 00:00:00