Операционная за колючей проволокой

Судьба этого мужественного человека была трагической. Он был замечательным хирургом, интеллигентным, высокообразованным человеком, свободно владевшим тремя языками. И биография его была безукоризненной: солдат первой мировой, красноармеец гражданской, блестящий студент Саратовского университета, кандидат наук, заведующий кафедрой хирургии мединститута, член ВКП(б). Но он носил немецкую фамилию, потому все остальное не имело никакого значения.

В апреле 1942 года Александр Александрович Руш попал в челябинский лагерь трудармейцев. 45-летний хирург экстра-класса в ужасающих условиях строил металлургический завод, работал каменщиком в карьере. Отморозил стопы.

Больных в лагере было множество. Металлургический район в то время находился далеко от города, и связи с ним не было. Поэтому администрация лагеря вынуждена была открыть лазарет с хирургическим отделением прямо в бараке. Начальником лазарета был назначен Руш.

Молва о блестящем хирурге распространялась быстро. Все больше челябинцев стремились попасть к Александру Александровичу. И в лазарете за колючей проволокой был организован постоянный консультационный прием для вольнонаемных и населения Челябинска.

У коллег и пациентов Руш пользовался непререкаемым авторитетом, а в отделении всегда были идеальный порядок, безукоризненная чистота. Вспоминают, как во время ночного дежурства А.А. Руша к прооперированной по поводу аппендицита женщине пришел ее муж в валенках, шубе. Когда ему сделали замечание, мужчина заявил, что он директор металлургического завода. «Для меня это не имеет значения. Порядок должен соблюдаться, невзирая на лица», — и Александр Александрович выставил его за дверь.

Он был жестким, требовательным, суровым руководителем, но на него никто не обижался, так как все знали, что это делается ради блага больных, и в сущности это добрый, отзывчивый, незлопамятный и скромный человек. Эта скромность была во всем – поведении, скудной обстановке его квартиры, одежде. Он просто не придавал этому значения. Об этом в Металлургическом районе ходила легенда. Свою старую зимнюю шапку Руш носил много лет, хотя работал уже в медсанчасти ЧМЗ. Однажды в санитарном автобусе, который вез врачей в город на заседание хирургического общества, один из молодых хирургов снял с него эту злополучную шапку и выбросил в окно. «Мы сбросимся и купим вам новую шапку!» Каково же было удивление коллег, когда на следующий день они увидели Александра Александровича все в той же шапке.

Оказывается, вечером к нему пришел незнакомый человек, он принес найденную им на улице шапку Руша. Это ли не свидетельство популярности доктора и уважения к нему?

В 1945 году А.А. Руш был расконвоирован в пределах Челябинска, его восстановили в партии; вернули ученую степень. Через год он оставляет работу в больнице Челяблага и переходит в медсанчасть ЧМЗ, где руководит крупным хирургическим отделением и одновременно назначается заместителем главного врача по лечебным вопросам.

В эти годы в больницу пришли выпускники Челябинского и Уфимского мединститутов, молодые сестры. Александр Александрович демонстрировал и блестящий педагогический талант, занимаясь с молодыми специалистами. Каждому давалась тема, и ежемесячно проходило собеседование. Проводил разбор сложных для диагностики заболеваний. Он был значительно старше своих сотрудников, и они приходили к нему за советом по своим домашним и семейным проблемам. Всегда найдет время, внимательно, не перебивая, выслушает и даст разумный совет. Как вспоминает врач И.П. Ерошкина, его боготворили. Это был человек с острым умом, с большим юмором, очень дружелюбный. В отделении была спокойная, творческая обстановка, никаких интриг, сплетен. Коллектив хирургов был молодой, и заведующий в любое время суток безропотно приезжал в больницу, когда возникала в этом хоть малейшая необходимость.

Это был врач с блестящей эрудицией, отличной хирургической техникой. Одним из первых в городе он под местной анестезией делает операцию по удалению легкого, симпатикотомию при облитерирующем эндартериите. Семь часов оперирует больного с раком пищевода. Как рассказывает участвующая в операции медсестра А.Ф. Самусевич, они снижали уровень наркоза, чтобы дать хирургу возможность отдохнуть. Он работал много. В дни плановых операций, случалось, делал по три резекции желудка. Блестяще владел пластической хирургией. Вспоминает много лет проработавшая в медсанчасти начмедом кавалер ордена Ленина В.И. Ефремова.

— Я свидетель, как после его операции больной с обезображенным лицом стал человеком приятно наружности.

— Моему отцу было 80 лет. Никто не брался за его лечение. Александр Александрович на пять лет продлил ему жизнь. Он много читал и знал о новых методах лечения. Вообще это был человек-легенда, — рассказывает ветеран «Челябметаллургстроя», бывший главный инженер треста А.С. Черный.

Перенесенные невзгоды, тяжелый физический труд, плохое питание не прошли для него бесследно. Он страдал облитерирующим эндартериитом. Начиналась гангрена ноги. И тогда по его требованию и указанию врач Н.А. Крысина проводит ему высокую ампутацию бедра. Но и находясь в отделении после операции, Руш продолжает работать. Молодые дежурящие хирурги в сомнительных, сложных случаях на каталке привозили к нему больных, и он безотказно консультировал, ставил диагноз, давал рекомендации.

Теперь за ним домой медсанчасть направляла лошадку с кошевкой, и он продолжал работать, оперировать. Самое сложное делал он, заканчивали операцию его ученики. С ним в операционной работала санитарка Эрна Ивановна Пономаренко. Во время перерывов в операции она снимала ему протез, чтобы он отдохнул, а потом вновь включался в работу.

Суровые испытания уготовила ему судьба. Он перенес тяжелый инфаркт. У его постели круглосуточно дежурили хирурги. Лежал он, как это было целесообразно, не в терапевтическом отделении, а у себя в хирургии. Постель его была обложена книгами, к нему по-прежнему привозили на каталке для консультации сложных больных. Ставили каталку параллельно его койке, чтобы он мог осмотреть пациента. Врачи вспоминают случай, когда был доставлен больной с ранением шеи с повреждением трахеи. А.А. Руш продиктовал весь ход и последовательность операции. Раненый был спасен.

А вот еще один эпизод. Поздно вечером привезли рабочего с производственной травмой – почти без руки. Дежуривший молодой хирург растерялся, не знал, как поступить. Александр Александрович тогда еще только начинал ходить по палате, но он пришел в операционную и диктовал хирургу каждый этап операции.

Таких случаев было множество. Через некоторое время он вновь начал оперировать, но мешала болезнь. Его консультировала заведующая терапевтическим отделением, заслуженный врач РСФСР Т.М. Маркова. Она долго, внимательно его прослушивала. Александр Александрович взял ее за руку.

— Ну что вы, милочка, мучаетесь, у меня левожелудочковая недостаточность и явление отека легкого.

В сентябре 1952 года его не стало. Ему было 55 лет. Остались ученики: заслуженный врач РСФСР доцент Э.Я. Ильг много лет работавшая заведующей урологическим отделением И.П. Ерошкина, доцент Т.И.Попова, А.Г. Воротеляк, Е.И. Езикова и многие другие. Осталась созданная им хирургическая школа. Сейчас здесь работают ученики его учеников. Остались его бывшие пациенты.

На приеме у врачей Металлургического района иногда бывают пожилые люди с нитевидным, едва заметным послеоперационным рубчиком. Они не без гордости сообщают: «Меня ведь оперировал Александр Александрович Руш. После его операции никогда никакого дискомфорта не ощущаю».

В 2007 году исполнилось 110 лет со дня его рождения. Хотелось бы, что бы добрая память об этом замечательном враче, самоотверженном, талантливом хирурге, человеке с трагической судьбой жила среди его коллег и всех челябинцев. Он это заслужил.

И. МАТОВСКИЙ, заслуженны врач РФ.

 

‘, 1, 12, ‘2011-12-10 16:29:19’, 42, ”, ‘0000-00-00 00:00:00