Что чувствует национальная душа России

Совсем недавно мы проводили в последний путь Патриарха всея Руси Алексия II. Оценивая его деятельность, говорили о многих делах, но всегда отмечали главное — он возродил религиозную жизнь в России. И это действительно факт современной России. Но жизнь общества многогранна. Она состоит из многих компонентов: политических, культурных, социальных. И всегда эта жизнь должна быть насыщенной и полноценной. А всегда ли это так? Я предлагаю рассмотреть национальную жизнь России. Для нашего многонационального государства от его состояния зависит очень много. Понимаем ли мы это? Все ли сделано, чтобы многонациональная душа России расцветала яркими красками жизни?

Пресса — отражение наших стереотипов

Во многих бедах нашего государства мы по доброй традиции обвиняем прессу. Она будоражит, она не так реагирует на общественные процессы, не то пишет и не то показывает. Но согласитесь, наша пресса очень часто отражает те настроения, которые преобладают в нашем обществе. Оценки российских национальных проблем не исключение.

21 декабря 2008 года на канале НТВ прошел сюжет под характерным для сегодняшнего ТВ заголовком «Убойная ксенофобия», в котором «корреспондент НТВ Вадим Фефилов разбирался, откуда в России у ксенофобии корни растут». Героями сюжета стали скинхеды, которые убивали инородцев и весь процесс снимали на видео. Журналист не стал углубляться в анализ такого явления как молодежный экстремизм, потому что в нем, по его мнению, виноваты сами жертвы — «понаехали тут». Для подтверждения своих выводов корреспондент привлек опытных экспертов. Сергей Беликов, адвокат Московской коллегии адвокатов, заявляет: «Понимаете, когда много мигрантов, в любом обществе, даже в самом сытом, возникают вопросы: вы хотите нас заменить ими? Понимаете, многие так говорят». Другой, Лев Гудков, директор «Левада-центра», уверен: «Более половины населения России требуют не просто ограничить приток мигрантов, но и в случае, если у них проблемы с пропиской, с регистрацией, принудительно высылать их из города».

Фактически журналист признает правоту скинхедов и солидарность с ними немалой части нашего общества. В пользу этого приводятся слова Константина Полторанина, руководителя пресс-службы Федеральной миграционной службы: «В начале 90-х и сейчас мы видим, что региональные власти отдавали на откуп достаточно серьезные торговые площади, рынки, за счет которых образовывался какой-то капитал. Он подкармливал симбиоз (чей? — авт.), подкармливал чиновников, берущих взятки. В то же время они могли по этим сумасшедшим ценам покупать себе жилье».

Оценивая эти высказывания, можно сказать одно, базарная психология овладевает умами не только рядовых граждан, но и чиновников высокого ранга. Но какое отношение к справедливой раздаче торговых площадей имеют миграционные службы? К тому же в 90-х годах за бесценок раздавались не только рынки, но и промышленные гиганты, которые достались не мигрантам и почему-то не вызвали роста ксенофобии. Не хотел бы руководитель пресс-службы Федеральной миграционной службы порассуждать на эту тему?

А вот журналиста базар очень интересует и эту тему он стал развивать. И здесь ему колоссальную поддержку оказал интернет: оказывается самое страшное в России то, что в каждом городе есть рынок, или стоянка такси, или дискотека. Там национальные диаспоры давным-давно конфликтуют. Автора вновь дополняет Константин Полторанин: «Этот рынок (труда) достаточно сложный, он большей частью теневой, поскольку вокруг него достаточно много желающих получать крупные дивиденды. На одних только левых разрешениях и оформительской составляющей делается порядка 10 миллиардов долларов в год». Это серьезная сумма и сделать так, чтобы ее получало государство, первейшая задача федерального ведомства. Но что для этого делается, так мы и не узнали. А, может, ничего?

Выводы, к которым пришел журналист, поражают. Оказывается: «Анархия на рынке рабочей силы ведет к хаосу в межэтнических отношениях. Затертое до дыр еще советской пропагандой словосочетание «дружба народов» обратилось в ничто, а о правилах толерантности мало кто слышал». Бардака на рынке труда еще достаточно, но хаосом его назвать трудно, но журналист эту тему оставил.

Я хочу обратить ваше внимание на другое. Называть понятие «дружба народов» затертым до дыр словосочетанием может только совершенно некомпетентный человек и не понимающий предмет своего журналистского исследования. В советское время было немало того, над чем сейчас можно иронизировать. Но вот понятие «дружба народов» к тому совершенно не относится. При всей противоречивости национальной политики руководства Советского Союза, в народе дружба была не на словах, а на деле. И эта атмосфера позволяла сдерживать националистические проявления у национальных элит, а у народа было чувство приобщения к истории великого многонационального государства. Это поддерживалось мощным пропагандистским аппаратом. Об этом писали в газетах, показывали репортажи по телевидению, национальные характеры мы видели в кинофильмах. Уже сейчас о многонациональности России молодежи узнать практически неоткуда, пожалуй, только из криминальных хроник. Мы потеряли поколение, которое знало значение слов «дружба народов». Это факт.

А ведь даже в репортаже журналист сам признает, что в советское время национальная политика давала мощный результат. «Перед распадом Советского Союза уровень межэтнической неприязни в РФ был ниже, чем в среднем в Европе, в два раза ниже, чем в Австрии, ниже, чем в Польше, Венгрии — примерно по шкале тихой Чехословакии и благополучной Германии. Но уже к середине 90-х случился резкий скачок этнической агрессии».

Эта агрессивность не снизилась и до сегодняшнего дня, потому что обществу не предложено новых подходов к решению современных вызовов.

Установим диагноз

Было время, когда, говоря о многонациональности нашего государства, всегда подчеркивалось, что это огромное преимущество. Все народы у нас сплочены для достижения главной цели — процветания Родины. Но уже более десятка лет наши лидеры на эти темы серьезно не высказываются, а если что-то и говорят, то как-то впопыхах, вскользь, как будто боятся эту тему трогать.

Мы все больше и охотнее боремся с экстремизмом, терроризмом, нетерпимостью и часто прибавляем к этим словам прилагательное «национальный». Приходишь к выводу, что для наших лидеров многонациональность страны мешает ею управлять, и они не знают, что с этой многонациональностью делать. Давайте посмотрим, что у нас с ксенофобией. В 2006 году Фонд развития информационной политики и информационное агентство «Росбалт» провели экспертный опрос по теме «Ксенофобия и радикальный национализм в регионах России». Кстати, такие темы сейчас очень популярны, и у меня всегда возникает вопрос: а почему они так интересует специалистов, которые по роду своей деятельности не связаны с радикальными проявлениями в национальной сфере? Вот если бы собрались сотрудники МВД, обсудили проблему с коллегами из различных регионов, обменялись опытом и приняли решение, что можно противопоставить ксенофобии. Вот это дело.

А здесь журналисты, философы, социологи, политологи обсуждают конфликты, драки, о которых они прочитали в газетах или сталкивались в жизни, как рядовые обыватели. Если и приводят данные каких-то исследований, то они неглубокие, и не выдерживают никакой критики. К примеру, как можно ответить на вопрос «придаете ли вы значение национальности при общении?» Естественный ответ — «нет». Кто же признается, что он кого-то ненавидит? Так и ответил 91 процент в Йошкар-Оле. Интересно, как эксперты по внешним данным различают русского, чуваша, украинца, белоруса?

Выводы экспертов — в Рязани, Екатеринбурге, Иркутске, Туве и других регионах: у них нет напряженности в межнациональных отношениях. Но отсутствие конфликтов не может характеризовать состояние межнациональных отношений.

Самое печальное, что эти отношения становятся полем для выяснения политических отношений, и каждая политическая сила хочет на этом поле добиться для себя преимуществ. «Проблемы ксенофобии и межнациональных конфликтов в России искусственно раздуты журналистами», — заявил руководитель социального отдела Института общественного проектирования М. Тарусин во время круглого стола в РИА «Новости». И приводит в доказательство социологические исследования, проведенные институтом. И на вопрос «Какая из внутренних проблем Вашего региона беспокоит Вас больше всего?» межнациональные конфликты оказались на одном из последних мест. На первое место вышли обнищание населения, рост преступности, угроза безработицы, терроризм, а также вопросы образования, медицины, ЖКХ и коррупции.

Опять мы ищем конфликты, как будто наша жизнь сплошной скандал. Но вот если бы исследователи были полюбопытней и попытались раскрыть проблемы, уверен, картина бы прояснилась. Какие регионы в России в первую очередь были поражены безработицей? Кавказ в числе первых.. Экономические проблемы буквально бросили, к примеру, ту же чеченскую молодежь в руки криминалитета, который расползся по России. Недолго пришлось ждать и коррумпированности властных структур. Создается впечатление, что социологи не пытаются раскрыть явление, а стремятся поглубже его спрятать. А другой участник круглого стола ответственный редактор «Церковного вестника» С. Чапнин обвинил либералов в раздувании катастрофической картины о безудержной ненависти жителей России к всевозможным приезжим.

К какому же выводу приходят участники круглого стола? «Если толерантность состоит только в том, чтобы безропотно принять чужие ценности, культуру и взгляды, то так ли уж необходимо это делать? Не лучше ли оставаться все же при своей культуре, ценностях и взглядах, но при этом позволить и другим сделать то же? Судя по всему, именно такая позиция сейчас и господствует в российском обществе». Вроде бы хорошая позиция, если бы не одно «но». Эта позиция национальной изоляции каждого народа России, когда каждый готов бороться только за свои интересы, не понимая соседа. Надо ли нам это? Ведь совсем недавно слова «дружба», «взаимопонимание» были не пустыми словами, мы учились друг у друга. А стремление растащить страну по национальным углам встречало в обществе горячее противодействие, да и органы власти не оставались в стороне.

Взгляды многих экспертов, которые настойчиво навязывают обществу, можно сравнить с поведением любителя природы, который подошел в берегу озера и любуется его гладью. Умиления у него вызывает легкий всплеск воды, небольшая волна. В общем, тишь и благодать. А если, надев маску, опустить голову в воду, то картина будет совсем другой. Оказывается, под водой жизнь кипит: плавают рыбы, ползают раки, растут водоросли, есть тут и свои хищники.

Так и наши эксперты, посмотрели на проблемы в лоб и не попытались в них углубиться. А нас-то интересуют не конфликты, а то, почему нет былой дружбы между народами, почему люди, десятки лет жившие рядом с тобой, вдруг стали чужими, стали конкурентами? Вот главные проблемы современного российского гражданского общества. Вот где поле не для констатации факта, а для анализа и поиска выходов из трудных положений.

Мы сейчас продвигаем термин «толерантность» — терпимость. Ищем новые синонимы этого слова для лучшего его понимания. Но есть простое русское слово — взаимоуважение.

Вернуть его в наше общество, вот главная задача. Но нам привычней бороться: раз и победил. Но с общественными болезнями одним махом не справишься.

В 2007 году я провел небольшое социологическое исследование среди студентов Челябинской академии культуры и искусства. Они все признали, что существует негативное отношение к некоторым народам. Но студенты и предлагают выходы. На вопрос «Что может изменить мнение о народе?» — 33,3 процента отметили необходимость проведения всенародных праздников, а 42,2 процента — нужна объективная информация о народе. Спросил их: «Телевидение, журналы, газеты формируют к представителям некоторых народов негативное отношение?» — 48,5 процента ответили «да», 20 процентов — «нет», а 31,4 процента затруднились ответить. Эти цифры наводят на грустные размышления.

Интересны ответы на еще один вопрос. «Какого уровня власть больше всего учитывает национальный фактор?»: 38,2 процента — федеральная, 8,8 — областная, 26,4 — местная и 26,4 — никакая.

Наше общество больно многими болезнями, в том числе и национального характера, но больной не безнадежен. Он знает о своей болезни. Вот только сможем ли мы найти нужное лекарство?

Отношение власти к национальным проблемам

Если рядовому гражданину выяснить, что сейчас происходит в межнациональной жизни нашего общества, то он может с удивлением обнаружить, что такой жизни в нашем государстве нет. За последние восемь лет не принято ни одного законодательного акта, который бы касался межнациональной или национальной сферы. На самом высоком уровне дальше декларации о том, что у нас многонациональное государство, что мы не позволим растащить нас по национальным квартирам, дело не идет. Мы не знаем, что руководство страны делает или что будет делать для укрепления многонациональных основ нашего государства? Огромная тайна, как современное руководство оценивает действия в межнациональной сфере прежнего руководства страны, правопреемником которого является Россия, да уже и некоторые действия новой России тоже неплохо было бы объяснить народу.

О том, какие мысленные процессы в интересующем нас направлении происходят, мы можем судить только по высказываниям некоторых чиновников, которые, кстати, наводят на определенные размышления.

Вот, к примеру, заявление главы Комитета национальностей Государственной Думы Валентина Купцова: «Парад суверенитетов в России закончен. Мы думаем обо всех народах, проживающих в РФ». Очень знакомое заявление: нам думать не надо, за нас думают вожди. Интересно бы знать, сколько рублей выделяется на сохранение национальной самобытности всех 160 народов и народностей, проживающих в России? Раз уж обо всех думаем.

Законодательной власти вторит исполнительная. Вот что заявляет директор Департамента межнациональных отношений Министерства регионального развития Александр Журавский: «Мы четко фиксируем, что этнокультурное развитие народов России является одним из приоритетов государственной национальной политики…». Вот и получается, в одном месте думают, в другом фиксируют, а кто работать будет? Хотелось бы узнать и содержание государственной национальной политики, как на федеральном, так и на региональном уровнях.

Сейчас можно с уверенностью сказать, что в нашей стране совершенствуются только карательные меры противодействия национальному экстремизму. Программ укрепления дружбы и взаимопонимания как внутри народов, так и между народами, как не было, так и нет.

Самый забытый закон на сегодняшний день — это Закон о реабилитации репрессированных народах, подписанный первым Президентом России Б. Ельциным. Но ведь он не выполнен, и что с Законом будет при нынешней власти? Ответ озвучил директор Департамента межнациональных отношений Министерства регионального развития РФ А. Журавский: «Был этап, когда мы активно обсуждали вопросы реабилитации репрессированных народов. Все репрессированные граждане разных национальностей были реабилитированы». Вот так, опять только обсуждали, но ничего не сделали, заботу о реабилитированных сбросили на региональные власти, а федеральная власть «умыла руки».

Как при таких подходах формировать уважение к органам власти? Она поступает по доброй русской пословице «закон что дышло, куда повернул, туда и вышло». Давайте поступим по-честному, по-государственному, если Закон о реабилитации репрессированных народов выполнен, открыто это признайте и заявите, что Закон утратил силу. Но уверен, духу не хватит это сделать.

К тому же получается парадокс, власть еще не потеряла способность возвращаться к далеким событиям и восстанавливать историческую справедливость. В конце 2008 года было присвоено высокое звание «Город воинской славы» трем городам — Новгороду, Великим Лукам и Дмитрову, которые в годы Великой Отечественной войны внесли огромный вклад в Победу. И сделано это было для того, чтобы устранить белые пятна истории и вернуть историческую правду.

Но могут ли рассчитывать на историческую справедливость представители десятков народов и их потомки, которые до сегодняшнего дня остаются в сознании российского общества предателями и пособниками врага?

Не до конца разобравшись с историей, современная жизнь преподносит нам новые сюрпризы. Рост ксенофобии и национальной нетерпимости стали фактами нашей повседневной жизни. Но представители власти их таковыми не считают: драка между русскими и чеченцами — бытовой конфликт — девушку не поделили; зарезали армянина — подрались по пьянке; сожгли ларек у азербайджанца — хулиганство.

Нам постоянно навязывается мысль, что национальные противоречия — это какие-то особые, стерильные национальные противоречия. Но выделить их в чистом виде невозможно. Любой экономический, культурный, социальный, уголовный конфликт, в котором замешаны люди разных национальностей, имеет в своей основе национальный характер. Это аксиома. Конечно, такой подход резко меняет статистику, но он точно отражает реальное состояние общества и дает точное указание власти — в какой сфере общества возникла проблема — и позволяет эффективно действовать для ее устранения. Проблема не загоняется внутрь, а становится видимой.

Национальная

философия,

подбрасываемая

обществу

Мы не можем сейчас судить о том, какую национальную философию исповедует современная господствующая элита. Мы не можем знать, какой или какие народы получают или могут получить поддержку, и к каким результатам в национальной политике, как ее понимает власть, мы должны прийти. Хотя я не думаю, что эти вопросы не рассматриваются.

На мой взгляд, сейчас многое делается для того, чтобы изменить отношение народа к самому понятию «национальность», к его советскому восприятию. Эту точку зрения отразил историк, политолог, сотрудник Института славяноведения РАН Олег Неменский в статье, которая так и названа «Русским необходимо избавиться от советского восприятия национальности». Его выводы относятся не только к русским, логика рассуждений автора будет достаточно любопытна для представителя любой национальности российского общества.

Главная проблема консолидации русского народа, а именно это беспокоит эксперта, заключается в том, что «в нашем сознании до сих пор сохраняется господство советского дискурса «национальности», которая видится преимущественно биологической характеристикой, наследуемой от родителей по факту рождения и никак не связанной с культурой, языком, социальной средой обитания».

Если перевести это на обычный язык, то получается: любой малочисленный народ, проживающий среди многочисленного народа, не имеет не только биологических возможностей для сохранения своей национальности, но и юридических прав. Кстати, по такому принципу действуют историки искусствоведы, когда говорят, к примеру, о замечательном искусстве русских: художника Айвазовского, писателя Фонвизина, но нигде не указываются на их армянские и немецкие корни.

Если лишить народы возможности национальной самоидентификации или заявить обществу, что народы не хотят поддерживать традиции своих предков, то все решится автоматически. А если гражданин, помнящий о крови своих предков, не будет иметь возможности сохранить и передать свой национальный менталитет, то в этом случае он может лишиться национальности юридически. Чтобы сделать свой вывод более аргументированным, политолог заявляет, что современное понятие национальности «введено в нашу жизнь Конституцией 1936 года, законсервировало взгляды еще самых ранних исследований природы этничности и их теоретических систематизаций, причем главным образом немецких и английских, то есть именно тех представлений о биологической природе народов, на которых и была основана нацистская мысль». Так что, если вы не разделяете его точки зрения, вы нацист.

Стремление сохранить свое национальное достоинство — естественное желание любого народа. Политолога, как русского человека, беспокоит судьба русских, это естественно. Но у каждого должен быть выбор. Если человек по крови украинец, но считает себя русским, никто ему этого не запретит. Но если человек татарин и хочет им оставаться, то он должен иметь возможность развивать свою татарскую культуру. А вот тут возникают проблемы.

Может ли каждый гражданин России получить образование на родном языке? Может ли он читать, книги, журналы, газеты на родном языке? Может ли посещать театры, смотреть телевидение, слушать радио на родном языке? Абсолютное большинство народов России такой возможности не имеет, и власть эта проблема не беспокоит. Русский язык из языка межнационального общения превратился в единственный язык для россиян. Для многих языков счастливая судьба, если они остались языками семейного общения. Грустно становится на душе, когда на конгрессах татар или финно-угорских народов или других народов России приезжают соплеменники из Австралии, Франции, Финляндии и свободно говорят на языках своих предков. Мало того, что языки не изучаются в российских школах, в обществе не формируется атмосфера уважения к национальным традициям народов.

Было время, когда бабушки и дедушки были теми источниками, из которых дети и внуки черпали знания языка и традиций. Нынешние 50-летние дедушки и бабушки этого уже сделать не смогут. Народные культура и традиции гибнут. Нынешняя национальная политика федеральной власти, которая переложила ее проведение на региональные власти, приводит к фактической безусловной ассимиляции десятков народов России, у которых не остается шансов сохранить свою самобытность.

Немецкая проблема

Фактически в России сейчас только две национальные проблемы, которые оформлены документально, то есть по ним приняты федеральные целевые программы. Эта проблема народов Крайнего Севера и российских немцев. Как они реализуются? Я остановлюсь на проблемах немцев, как мне более знакомой. Сразу хочу сказать, что ее существование — это полностью заслуга Германии. Не будь вложения средств федерального бюджета ФРГ, это программа не выжила и не была бы продлена.

Первоначально была принята Президентская федеральная целевая программа «Развитие социально-экономической и культурной базы возрождения российских немцев на 1997-2006 годы». Принятие программы огромное достижение, свою роль она сыграла. Но она была профинансирована российской стороной только на шесть(!) процентов. Кое-что удалось сделать. Но принятие программы пришлось на сложное время, и фактически она была провалена.

Вот как об этом сказано в Федеральной целевой программе «Развитие социально-экономического и этнокультурного потенциала российских немцев на 2008-2012 годы» в разделе «Характеристика проблемы, на решение которой направлена целевая программа». «Отсутствие системного подхода к решению проблем российских немцев как репрессированного народа привело к тому, что значительная часть российских немцев выехала на постоянное место жительства в Германию. За период 1989-2004 годы число российских немцев сократилось более чем на 30 процентов и составляет около 600 тыс. человек. Продолжающееся переселение российских немцев в Германию отрицательно сказывается на состоянии и перспективах немецкого этноса в России, наносит урон социально-экономическому развитию государства». Очень точные выводы. Вот пришли бы к ним лет 15 назад, да что-нибудь сделали, все было бы по-другому.

Сразу оговорюсь, наличие такой программы величайшее достижение в современной национальной политике России. Ее принятие огромная заслуга десятков общественных организаций российских немцев. У программы есть недостатки, но однозначно, лучше иметь плохую программу, чем никакую. Ее наличие дает шанс другим народам России добиться разработки или самим разработать и добиться принятия такой же программы.

Но все же я не могу не отметить недостатки программы, которые вытекают из принципиального непонимания федеральной властью целей, которые должны быть достигнуты в результате реализации такой программы.

Любая программа, которая ставит своей целью развитие социально-культурного и этнокультурного потенциала любого народа, должна создать для народа такой фундамент, который позволяет народу через какой-то определенный период времени, учитывая нынешнее состояние, довольно продолжительный, создать условия, при которых он САМ сможет поддерживать свой этнокультурный потенциал. Вот это является главным. Никто не хочет быть нахлебником, а немцы ими никогда не были.

Что это значит? Схематично это значит, что немцев надо выявить, сказать им, если ты считаешь себя немцем, ты можешь получить образование, возможность открыть свой бизнес, тебе дадут возможность выучить язык своих предков, в России в типографиях начнут издавать книги на немецком языке, с детского сада до университета ты можешь общаться и получить полноценное современное образование на родном языке, а еще лучше на двух или трех. Это цель, к ней надо идти небольшими шагами.

А куда мы идем? Только 12 процентов средств Программы идут на так называемые прочие нужды: образование, культуру, издание книг и так далее. А ведь эти проекты как раз и помогают народу оставаться народом. Понимаю, что строительство дорог, котельных, дошкольных учреждений, проведение канализации, очень важно, но это не позволит нам сохраниться как народу.

Очень важно узнать, к каким результатам мы хотим прийти. Программа позволит решить жилищные проблемы российских немцев, инженерному обустройству мест их традиционного проживания, предусматривается реализация мероприятий, связанных со строительством и реконструкцией газопроводов, водопроводных сетей. Создаст сбалансированную и качественную социальную и инженерную инфраструктуру в местах компактного проживания российских немцев.

А что будет сделано, чтобы немцы России оставались немцами? Для народа это же главный вопрос. В пункте 3 записано «Взаимообогащение многонациональной российской культуры и этнокультуры российских немцев». Но как это сделать, если на сегодня не создана основа для воссоздания и развития российской немецкой этнокультуры. Вся культура держится на плечах энтузиастов, членов немецких общественных организаций.

В Программе отмечается, что предусматривается обеспечение «доступности получения качественного образования». Очень скромно выражена одна из острейших проблем, но, как говорят, и на этом спасибо.

Какое министерство нужно?

Очень важно, чтобы в многонациональном государстве был компетентный орган, который бы предлагал руководству страны направления и механизмы воздействия на общество, чтобы снижать уровень национальной напряженности. Долгое время таким органом было Министерство (комитет) по делам национальности. Но это был статус обычного министерства, а возможности более чем ограниченными. Это касается и влияния на принятие государственных решений, и наличие финансовых ресурсов, чтобы проводить полноценную национальную политику. В этом случае характерно высказывание бывшего министра по делам национальности Р. Абдулатипова, которого мне пришлось слышать. Рамазан Гаджимуратович, характеризуя понимание национальных проблем высшими государственными чиновниками, говорил: «Меня часто спрашивали коллеги-министры: «Чем занимается твое министерство?»

Восстанавливать министерство, которое непонятно чем будет заниматься, сейчас никто не будет. Даже несмотря на то, что иногда такие желания высказываются на самом высоком уровне. Нет ни у кого желания наступать на старые грабли. У нынешнего Министерства регионального развития РФ, на которое свалили эти проблемы, государственная национальная политика стоит в самом конце после строительства, архитектуры, градостроительства и жилищно-коммунального хозяйства. Ясно, что при таком подходе ничего путного мы не получим.

Где же выход?

К формированию министерства надо подойти по-новому. Нам не нужно министерство, которое будет находиться на задворках бюрократической лестницы. При всех государственных органах власти созданы юридические управления, без признания ими юридического соответствия не принимается ни один документ. Работа над законами, указами ведется до тех пор, пока не устраняются все замечания. У руководителя этого отдела должность небольшая, но ее не объедешь. Такая же экспертная роль должна быть у органа, назовем его управление национальных отношений. Оно, также как юридическое управление, должно оценивать последствия принятия любого документа на национальное «здоровье» в стране или регионах. Кроме того, это управление должно проводить постоянный мониторинг состояния межнациональных отношений и информировать органы власти о позитивных и отрицательных процессах в национальных отношениях.

Уверен, что если бы был в стране и регионах такой орган, то можно было бы избежать или, по крайней мере, уменьшить последствия многих национальных конфликтов, к примеру, на Кавказе. Если бы не допустили развала экономики или приняли меры для восстановления после развала Советского Союза традиционных форм народного творчества и новых рабочих мест, можно было бы спасти не только миллиарды рублей, но и многие жизни.

Очень важный вопрос, кто будет работать в этих управлениях. Юристов готовят десятки вузов. А, к сожалению, специалистов по межнациональным отношениям у нас в вузах не готовят, эта тема научно слабо исследована. Вот и занимаются в органах власти межнациональными отношениями чиновники, которые не знают, чем руководят. Нет объективных критериев оценки их работы, к тому же, их взгляды полны стереотипов, субъективизма. Они не могут компетентно ни оценить, ни принять взвешенных решений, которые могли бы быть понятными в многонациональном российском обществе.

Советский опыт

Сейчас стало очень модно критиковать советское время, все советское стало синонимом, мягко говоря, ошибочного, того, что не достойно внимания. Смею вас уверить такая постановка вопроса, мягко говоря, глупа. Делалось немало такого, что нам надо обязательно вспомнить и, возможно, использовать в современной России.

В первую очередь это касается идеологии. Сейчас мы критикуем коммунистическую партию и говорим, что в современной России нет не только господствующей идеологии, но и нет никакой идеологии. Но отсутствие идеологии — это самая большая идеология и самая ошибочная. От одной идеологии не может быть избавлена ни одна власть в России — это укрепление российской государственности. А этого невозможно добиться без сплочения многонационального народа России. Это, кстати, в Советском Союзе прекрасно понимали. Новая Россия это тоже не отвергает, об этом можно прочитать в Конституции РФ.

Но вернемся в советское время. Чтобы быть направляющей и руководящей силой общества, мало об этом заявить, надо этому соответствовать. И в КПСС отделы пропаганды были самыми мощными и самыми главными, их подкрепляла солидная научная база и система средств массовой пропаганды. Была разработана и реализовывалась мощная система пропаганды достижений народов Советского Союза. Телевидение, газеты и журналы миллионными тиражами рассказывали о дружбе картофелеводов Белоруси и России, ткачей России и хлопкоробов Узбекистана, металлургов России и Грузии. Трагедия одной республики объединяла все народы в порыве оказать ей помощь. Так было, когда произошли землетрясения в Ташкенте и в Степанакерте.

Конечно, были проблемы. Сейчас мы знаем о событиях в Казахстане и в других республиках. Думаю, не случайно вторыми секретарями ЦК компартий союзных республик всегда были лучшие руководители из Ленинградской и уральских областных партийных организаций. Присматривать и противодействовать националистическим проявлениям надо было сразу.

Существовал и Совет национальностей, одна из палат Верховного Совета СССР, в котором заседали представители регионов и национальных образований в том числе. Сейчас словами директора Департамента межнациональных отношений Министерства регионального развития РФ А. Журавского это признается ошибкой: «Административное — территориальное деление Советского Союза по этническому принципу послужило причиной многих межнациональных конфликтов на постсоветских пространствах в конце ХХ века». Только вот перепутал господин чиновник причину и следствие: не территориальное деление, а то, что государство разрушило условия для национального развития народов и не восстановило их до сегодняшнего дня, является условием для возникновения межнациональных конфликтов. У нас возникло два новых субъекта федерации — Пермский и Иркутский края, исчезли два национальных образования — Коми-Пермяцкий округ и Усть-Ордынский Бурятский автономный округ. И что, исчезли там национальные проблемы?

Можно по праву сказать, что в советское время, несмотря на сохраняющиеся противоречия, удалось сдерживать и ксенофобию, и другие опасные проявления. Но надо признать и то, что с развалом Союза все национальные элиты, пришедшие к власти в бывших союзных республиках, использовали националистические карты для упрочения своей власти и делали это даже во вред своих народов, чтобы любой ценой сохраниться у власти. В результате из республик выдавили русских, закрылась масса промышленных предприятий, шло обнищание народа, для получения каких-то международных дивидендов ухудшались отношения с Россией, естественного друга и партнера.

В это время не лучшим образом повело себя и руководство России. Оно практически бросило на произвол судьбы бывшие братские республики, девиз «каждый спасается сам» ударил по самой России. Мы фактически потеряли рычаги влияния на народы бывших союзных республик и, ища спасения от конфликтов в своих республиках, в Россию потянулись таджики, армяне, азербайджанцы, узбеки. Россия была не готова к такому повороту событий.

С устранением КПСС выбросили на свалку и весь опыт по укреплению межнационального мира. Разрушили старую пропагандистскую машину, но не создали новую. (Хотя в тех же США никогда от пропагандистской работы не отказывались и не отказываются.) Растеряли научный потенциал.

Как результат, на сегодняшний день мы не имеем четкой программы развития России в национальной сфере. В головах общества полный хаос, люди боятся многонационального характера нашего государства, потому что не видят в этом преимуществ. Именно это каждый ощущал в советское время. Восстановить это чувство — первейшая задача государственной власти современной России.

Нам сейчас предлагают укреплять не национальную, а общегражданскую идентичность. Конечно, это более широкое понятие. Но почему нам все время предлагают спрятать национальную основу то за советской общностью, то общероссийской идентичностью? Ведь ее основа в нашем национальном самосознании, без которого на создать общероссийского самосознания. Только так и никак иначе, неужели это так трудно осознать?

Не будем только о грустном

Так уж было во все времена, что народы всегда умней своих правителей. Чтобы ни происходило, они всегда сохраняли веру в дружбу народов, веру в своих предков. Не случайно по всей России создаются национальные общественные организации, активисты которых в свое свободное время проводят народные праздники, поддерживают стариков, передают молодежи традиции и обычаи народов. Они не ждут поддержки государства, они создают дух этого государства. Для чиновников их деятельность, как заноза в одном месте: мешает, а не вырвешь.

Фактически, не имея никакого юридического статуса, общественные организации стали основными проводниками государственной национальной политики. Без помещений, без штатных работников, на одном энтузиазме. Такая дешевая национальная политика очень дорого обходится России.

Изменится ли что-то в ближайшее время? Этого никто не знает. Одно можно сказать уверенно, общественная активность не уменьшится, ведь цель народов укреплять дружбу, а не бороться с конфликтами. Именно за дружбу поднимаем первый бокал мы, члены Ассамблеи народов Челябинской области — башкиры, грузины, армяне, русские, азербайджане, немцы, дагестанцы, евреи, узбеки, таджики, казахи, татары. По-другому и не будет.

Александр НАХТИГАЛЬ, председатель правления ЧООО «Немецкий культурный центр (г. Челябинск).

 

‘, 1, 14, ‘2011-12-10 17:41:11’, 42, ”, ‘0000-00-00 00:00:00